16 ноября 2017 года в Доме журналиста на Невском открывается выставка «Невское время. Наше время» — дань памяти Олегу Константиновичу Руднову, руководившему Балтийской медиагруппой и давшему новую жизнь «Невскому времени». В преддверии вернисажа ПФ побеседовал с Андреем Чепакиным и некоторыми участниками выставки.

Андрей ЧепакинПФ — Андрей, что это за выставка и какова предыстория Ваших отношений с «Невским временем»?

АЧ — Выставка была запланирована давно, но, посоветовавшись с Сергеем Рудновым, мы решили сделать ее ко дню рождения Олега Константиновича. Предыстория наших с ним отношений проста. В тот момент, когда Олег Константинович решил перезапустить газеты, я был хорошо трудоустроен: работал в нескольких местах и получал неплохую зарплату. Мне предложили присмотреть за фотографической частью газеты — хотя бы на первых порах. И уже через 4 месяца моя трудовая книжка лежала в «НВ», и все остальное было брошено: и бизнес так называемый, и Москва, и все остальные работы. Здесь, пусть и в ущерб деньгам, открывался огромный простор для творчества. Так 10 лет и пролетели в «НВ». Олег Константинович дал главному редактору установку, что фотография должна играть одну из ключевых ролей в издании, и на нее порой приходилось до 70% всей площади газеты. Наше счастье заключалось в том, что фотослужба, которую я возглавлял, занималась эксклюзивной фотографией. Не заказывали фотографии в агентствах, не подбирали к текстам — мы только творили. Мы с другими отделами придумывали различные рубрики, которые становились постоянными. Так родилась рубрика «Фототема». Сначала она занимала последнюю полосу, а потом, когда редакторы увидели хороший результат, нас переместили на разворот. Представляете: разворот в ежедневной газете! Пять раз в неделю выходила газета, и пять раз в неделю была «Фототема». Не было ни одного номера, который бы мы пропустили. Были также оперативные фотографии, рубрики «Фото дня», «История с фотографией». Последняя, однако, оказалась довольно вялой. Поначалу все с энтузиазмом отреагировали на идею: мол, будем байки рассказывать, — а по факту выяснилось, что написать не у всех хорошо получается. Но основной нашей рубрикой была, конечно, «Фототема» — такого не было ни в одной российской, да, пожалуй, и европейской, ежедневной газете. Это был эксклюзивный материал, снятый фотографами специально для «НВ».

Невское время, фототема, фотограф, фоторедактор, газета, фотожурналистика, творческая мастерская, история + фотография, выставка, петербургский фотограф, Ирина Мотина

© Ирина Мотина

ПФ — Каким образом фотослубжа газеты переросла в творческую мастерскую?

АЧ — От безысходности. Когда «НВ» переформатировалась, все старые знакомые фотографы обрадовались: мы устали от агентской фотографии, будем сейчас активно снимать истории, проекты. Но люди, например, проработав по 20 лет в агентствах, привыкли видеть одиночными снимками, и переориентироваться на истории им было очень тяжело. Новые материалы появлялись редко, приходилось все время «пинать», напоминать. А потом Анатолий Мальцев предложил мне вместе преподавать на двухгодичных курсах, и оттуда ко мне в «НВ» перекочевали первые выпускники — Лена Игнатьева, Алена Калинина, Вика Ламзина, Юра Гольденштейн. Потом мы уже набирали группу каждый год. Иногда приходило очень много желающих, но, поскольку цель была исключительно практическая и требования были очень строги — на занятия каждую неделю надо было приносить новую съемку, — происходил естественный отсев.

ПФ — Что представляли собой занятия?

АЧ — Просто раз в неделю обсуждали отснятый за неделю материал. У нас не было ни теории, ни гостей, ни мастер-классов — исключительно разбор практического материала. Это был не развлекательный проект: назначение было чисто прикладное, нам нужны были кадры. Кому было интересно, тот и оставался.

ПФ — Люди, которые приходили в фотослужбу, были подчинены какой-либо редакционной политике издания?

АЧ — Пожалуй, наоборот: люди определяли политику. Мы были на таком длинном поводке, что любое вмешательство в нашу кухню вызывало реакцию. В других изданиях такое было недопустимо. В целом мы жили дружно, и нас особо никто ничего не заставлял делать. Конечно, бывали разногласия, творческие расхождения, препирательства, но глобальных конфликтов не было — все по мелочам. Мы работали в условиях, для других изданий просто немыслимых. Визуальную политику определяли мы. Одно время нас заставляли было писать планы, но это не прижилось — скорее, было для галочки, для отчета «наверх».

ПФ — Сколько же «Фототем» было выпущено за это время?

АЧ — По правде, я не считал. Тысячи. Считайте сами: 300 ежегодно, начиная с 2007 года.

ПФ — «Фототема» подразумевает рассказ, репортаж, историю?

АЧ «Фототема» — это название рубрики. Жанровое же разнообразие было полное: от портретной истории до пейзажного проекта.

Невское время, фототема, фотограф, фоторедактор, газета, фотожурналистика, творческая мастерская, история + фотография, выставка, петербургский фотограф, Юрий Гольденштейн

© Юрий Гольденштейн «Ушла река»

ПФ — Что случилось после закрытия издания?

АЧ — Все сначала загрустили, собирались не один раз, разговаривали… Но в итоге все, кто хотел заниматься фотографией, как-то пристроились. Сохранилось ядро команды, у нас бывают общие проекты, подряды, делаем выставки.

ПФ — Но эта выставка одиночных фотографий?

АЧ — Да, они зачастую вырваны из контекста. Может быть, стоит попробовать сделать выставку из фотоисторий. Эта выставка — скорее, зов души, наш способ сказать спасибо человеку, который неожиданно подарил нам 10 лет счастья.

ПФ — Есть ли в выставке ностальгическая нотка по тем временам работы в «НВ»?

АЧ — Да, конечно. В большей или меньшей степени для всех.

ПФ — Что дальше будет с ребятами происходить?

АЧ — Не знаю, думаем. Мы же не можем победить эпоху. Сейчас во главе угла деньги. Журналистика известно, в каком положении. В России два агентства, где люди зарабатывают деньги фотографией, все остальное похоже на выживание. Есть несколько газет, которые сохранили какой-то фотографический штат. Все. Если раньше в Петербурге были десятки штатных фотожурналистов, или даже пара сотен, то сейчас все иначе. Все, кто пытается сегодня заниматься фотожурналистикой, ходят в стоптанных ботинках, покупают друг у друга «пятерки» поюзанные. Зарабатывают на корпоративах, потом бегут на митинг, получают там по роже и счастливы, что занимаются фотожурналистикой. А куда идти? Ничего не осталось. Шучу. Но грустно.

ПФ — Появляются новые площадки — les.media, medusa — которые что-то публикуют. Ваши ребята отправляют туда что-то?

АЧ — Понимаете, мои ребята с самого начала попробовали профессиональную работу. Пусть невысокооплачиваемую, поскольку гонорары были небольшие, но это была работа. У ребят портфолио было будьте-нате: проработав несколько лет в «НВ», ты мог такое портфолио себе сделать, что другому за десяток лет столько публикаций не набрать. А сейчас вот работодатели удивляются: мол, что журналисты ноют, а работы-то навалом. А что это за зарплата такая — 25 тысяч в месяц? Как на такую прожить? Не стоит себя даже работодателем называть в таких случаях.

Да, на этих порталах можно публиковать учебные работы, но мои ребята публиковались, учась в газете с несколькими десятками тысяч подписчиков. Вероятно, сейчас, при запуске новой мастерской, нужно будет где-то публиковать, но я сторонник развивать, например, журнал «Петербургский фотограф» — площадку с хорошим петербургским брендом.

Невское время, фототема, фотограф, фоторедактор, газета, фотожурналистика, творческая мастерская, история + фотография, выставка, петербургский фотограф, Александр Гусев

© Александр Гусев «Пробуждение»

Евгения Литтебрандт, выпускница Творческой мастерской

ЕЛ — Для меня все началось в 2010 году. К тому моменту я уже какое-то время работала в государственном архиве кинофотофонодокументов, и, конечно же, там было здорово, атмосферно, но ощущение того, что ты работаешь в некрополе, не покидало: великий такой-то, великий такой-то, и все возраста старше, чем твой прадедушка… Интересно, но ощущение того, что ты живешь в тех эпохах, было стопроцентное. А когда выходишь с работы на улицу, ты понимаешь, что про эту жизнь в архиве ничего нет. Вообще. Для архива я снимала (на черно-белую пленку кстати) изменение жизни города, но все было стандартизировано, с определенных ракурсов и точек. Через пять месяцев ты снова шел на ту же точку и снова снимал изменение, и лет через 10-15, когда дойдут руки, все это тоже попадет в архив, и ты тоже будешь лежать там и пылиться. Каждый раз приходя на работу, я говорила о новых камерах, предлагала создать цифровой архив, пойти туда, снять то — живую жизнь, современность, чтобы наши потомки знали что-то и о нас. Но руководство оставалось глухо: на съемку повседневной жизни, организации современного архива ресурсов не было. А выход с точки зрения наблюдения за жизнью должен был быть, и этой отдушиной стала работа с Андреем в «НВ». Это были две параллельные жизни: одна пыльная, красивая, на века, а другая — та, которую приходилось каждый день испытывать, проживать. И это происходило здесь и сейчас, с реальными живыми людьми. А когда газета закрылась, все пошли своими стопами. Мы с мужем открыли кинофотостудию. Да, это абсолютно искусственная жизнь. Скучаю ли я по «НВ» и тому времени? Да, скучаю. Не хватает ли? Не хватает. И в этой связи открытие выставки — это классный момент в нашей жизни, потому что ощущения, которые были тогда, вернулись. Здорово, что у нас сейчас есть возможность вспомнить, вернуться в то время, сделать выводы. Может быть, это станет шагом к чему-то новому.

АЧ — Хочется надеяться. Кстати, к моменту закрытия «НВ» Женя и Ира владели еще одной профессией — фоторедактора. Ира — хоккейный фоторедактор, а Женя — фоторедактор различного рода форумов: экономических, политических, культурных. Когда нас нанимали на какие-то съемки, мы уже ехали со своими фоторедакторами. Если Женя еще любит покомандовать, то для Иры это был стресс, но девушки справились: работали на крупнейших международных событиях. Освоили новое для них ремесло в жестких условиях, с высочайшими требованиями международного уровня.

На таких событиях организаторы в идеале готовят «шахматку» — расписание всех мероприятий с указанием количества требуемых фотографов на каждом, и пр., и пр. Такая штука должна быть обязательно, но беда в том, что некоторые организаторы только от нас узнают о ней, а чаще всего мероприятия вообще готовятся в последний момент, отсюда бесконечное количество изменений, перестановок, и фотографам приходится реагировать на месте. Работать не со своим фоторедактором не очень комфортно, да и, как правило, чужие не выдерживают темп. ТАСС, например, везет одного фоторедактора в расчете на двух-трех фотографов, а Женя у нас была одна на десятерых. В таком режиме работать очень трудно. Конечно, мы стараемся снимать так, чтобы у фоторедактора было как можно меньше работы. Но здесь свои сложности: снимаешь в jpg, а в одном помещении могут смешиваться разные цветовые температуры.

Невское время, фототема, фотограф, фоторедактор, газета, фотожурналистика, творческая мастерская, история + фотография, выставка, петербургский фотограф, Алена Калинина

© Алена Калинина «Крещенская купель»

Ирина Мотина, выпускница Творческой мастерской

ИМ — Когда «НВ» закрылось, грустить мне было некогда. Я тогда уже снимала параллельно для «Синьхуа» — крупнейшего китайского информационного агентства и «Тренда», который стал затем «Балтфото». Да и никто из ребят не сидел без дела: все где-то работали, надо же было как-то жить. Для грусти было мало времени. После уже стало грустно, когда пришло осознание, что ты в принципе никому не нужен со своими «шедеврами». В «Синьхуа» я даже иногда не вижу, что они отобрали, тем более у китайцев очень сложно разобраться с лентой: в ленте одно, в каких-то газетах — другое. Обратной связи фактически нет: работаю в никуда. А сейчас они, к сожалению, вообще сильно сокращают публикации — видимо, теперь им Петербург не интересен. После «НВ» мы оказались ни к кому не привязаны, а раньше у нас был фотографический дом.

ПФ — Менялся ли в связи с другими требованиями фотографический язык?

ИМ — Наверное, к «НВ» это сложно привязать. Там мы «шедевры» делали, творили не задумываясь. А сейчас это в прошлом, потому что, как только основной заработок стал агентским, времени и возможности на творчество не осталось. Ты ходишь на ужасные мероприятия, которые никому не интересны, но надо оттуда что-то принести. Так все агентские фотографы работают. И ты творишь из-за того, что деваться некуда — надо же хоть что-то принести. В моей сегодняшней жизни места для творческих, документальных фотоисторий, к сожалению, нет. Иногда задумываюсь, что надо бы что-то сделать, но я, пожалуй, больше новостной фотограф. Тем не менее, уйти обратно в экономисты даже мысли нет — ни в коем случае. Стиль жизни уже совсем иной.

Невское время, фототема, фотограф, фоторедактор, газета, фотожурналистика, творческая мастерская, история + фотография, выставка, петербургский фотограф, Елена Игнатьева

© Елена Игнатьева «Танец в фонтане»

АЧ — Ребята себя принижают. Я вижу, что, даже снимая параллельно, они делают колоссальное количество отличных кадров, и каждый из наших фотографов заслуживает персональной выставки. Конечно, такого кайфа, как раньше, нет, когда ты снял, и у тебя есть гарантия, что тебя тут же оценят.

ИМ — Раньше и требований таких жестких не было: на съемке для «НВ» ты находился в свободном полете, ты снимал картинки о том, что видишь, а в агентстве ты выполняешь заказ, ты должен выжать из события информацию в виде визуального образа, поэтому ты постоянно себя насилуешь. Выхлоп очень маленький. В «НВ» мы целую съемку делали в творческом полете, а тут у тебя иногда что-то получается — когда ты расслабишься. Какой выход из этого? Надо выдыхать и расслабляться на съемках.

ПФ — А есть ли принципиальный выход из ситуации как для фотографа, который ищет пути собственного развития?

ИМ — Надо искать какие-то площадки, публиковаться. Без денег только: с деньгами не найдешь нигде.

ПФ — Так что ж такое эта выставка?

АЧ — Прежде всего, это благодарность хорошему человеку. Он подарил нам эти замечательные 10 лет жизни и подружил нас, создав круг общения. И, конечно, хочется надеяться, что впереди у нас тоже что-то будет. «НВ» тоже никто не предвидел, а оно случилось. Вдруг и сейчас что-то новое нарисуется. Мы сейчас в боевом состоянии и готовы этой командой в любой момент выстрелить. Надежда есть. Зарабатывать на жизнь мы научились, так что готовы снимать какие-то проекты даже бесплатно. Это надо делать обязательно. История нас потом не простит.

© «Петербургский фотограф», 2017

Фотовыставка «Невское время». Наше время», посвященная памяти Олега Константиновича Руднова, открывается в Доме журналистов 16 ноября 2017 года в 17.00. Экспозиция включает 70 фотографий, сделанных репортерами газеты «Невское время» за последние годы ее существования. Среди представленных авторов: Андрей Чепакин, Елена Игнатьева, Ирина Мотина, Владимир Шрага, Кирилл Шевченко и другие.
Адрес: Санкт-Петербург, Невский пр., д. 70, третий этаж.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Google Plus