Александр Гальперин, история + фотография, Невское время, проект + фотография, фотограф, фотография, фототема, газета, журналистика, репортаж, портрет, съемка

«Азбука улиц» — проект о петербургских бездомных двух авторов: Игоря Антонова — социального работника «Ночлежки», психолога, водителя «Ночного автобуса» и Александра Гальперина, фотожурналиста. Александр Гальперин давно знаком читателям по предыдущим публикациям нашего издания. В предлагаемом материале он рассказывает о работе над проектом и его сегодняшнем дне. Проект «Азбука улиц» не закончен, он остается открытым, так же, как остаются открытыми и проблемы людей, по различным обстоятельствам оказавшихся без крыши над головой.

Задумывая проект «Азбука улиц», мы решили не ограничивать его только теми, кто живет на улице. К сожалению, в нашей стране множество людей, балансирующих на краю и составляющих отряд «кандидатов» в бездомные. Это те, кому достаточно небольшого толчка, чтобы оказаться на улице. А толчок — это соседи или родственники, которые выгонят их из дома, это увольнение, это негодяи, которые втянут их в кредитную историю и будут отнимать квартиру.

В чем принцип «Азбуки улиц»?

Первый принцип: мы никого не обвиняем и не хвалим. Мы не даем оценочных суждений: какие они несчастные или наоборот — свободные романтики дорог. Для нас это прежде всего люди — такие же, как и мы, просто они оказались в сложной жизненной ситуации. Жалость и лицемерное участие им не нужны, им нужна помощь: восстановить документы, разобраться с уголовниками, требующими вернуть кредит, решить проблему с соседями или родными, выгоняющими из дома.

            galperin_streetalphabet_13

Второй принцип: мы не навешиваем ярлыки, например, что все бездомные — дромоманы [дромомания — склонность к бродяжничеству]. Это далеко не так, их образ жизни — вынужденная мера.

Третий принцип: мы раскрываем явление через то, что характерно для мира бездомных, будь то предметы, понятия или конкретный человек. Мы не рассказываем просто о некоем Иване Петровиче, который жил дома, потом дома лишился и сейчас скитается по подвалам или приютам. Любая фотография, любой текст — прежде всего о проблеме, типичной для бездомности. Например, когда мы готовили к публикации историю о женщине, которая живет в приюте (из дома ее выгнал сын), то сначала хотели поместить историю под букву «М — мама», но потом решили, что ставим оценки. Так этот сюжет вышел под буквой «З — закон». Как выяснилось, в российском законодательстве отсутствуют какие-либо механизмы регулирования подобных ситуаций. Как наказать человека, который выгнал своего родственника из дома? Проблема очень распространенная, и отсутствие законодательной базы создает массу проблем, в частности сильно подпитывает бездомность.

galperin_streetalphabet_06

Четвертый принцип: не навредить. Мы не можем писать отсебятину, ссылаясь на то, что бездомные не имеют компьютеров, что они не увидят, не прочитают.

География проекта затрагивает Санкт-Петербург и Ленинградскую область. С расширением пока все сложно: желание есть, но нет сил и возможностей. Но даже на примере одного города можно говорить о проблеме в масштабах всей страны: все тенденции прослеживаются в Петербурге, и главное — то, что бездомность является не образом жизни, а вынужденной мерой. До 52% бездомных составляют приезжие — из Ленобласти, из других городов, даже стран. Огромную лепту вносят интернаты и детские дома: по статистике, только 10% выпускников детских домов социализируются и ведут нормальный образ жизни. Вот, Миша: 25 лет, выпускник детского дома, у него есть комната в коммуналке, но соседи его выживали, и он влезал в свою комнату по трубе… Да, Миша далеко не ангел: попивает, с соседями периодически конфликтует, бывший панк, вся комната завешана плакатами с панк-кумирами, ему помогли социальные работники, но он сам пытается что-то делать. А сколько людей робких, неспособных постоять за себя, которым не помогли?

galperin_streetalphabet_04

Что касается героев нашего проекта, то каждый из них несет дополнительную смысловую нагрузку. Конкретный человек, о котором мы пишем, должен иллюстрировать жизнь бездомных, выводить на определенное обобщение. Бездомные живут по другим законам, и многие из тех вещей, которые важны для людей социализированных, им совершенно не нужны. Например, банковская карта или, как ни странно, паспорт (он становится жизненно необходим, когда они пытаются вернуться к домашней жизни). Да, могут задержать, но, со слов одного бездомного, полицейские верят на слово, кого как зовут.

Еще одна особенность: герои должны быть согласны на съемку. Я принципиальный противник «папарацционной» съемки, скрытой камеры и кадров «от пуза». Эти приемы я считаю унизительным и для себя, и для бездомных, ведь их и так много кто обманывает, и все должно быть честно.

Конечно, все съемки технически сложные. Я снимаю не там, где я хотел бы снимать как фотограф, а там, где вынужден. Свет всегда очень плохой, человек в любой момент может сказать: «Все хватит, я больше не хочу», или его друг приходит под градусом — влезает в кадр с криком «Вася!», начинает с ним брататься или заслонять своей широкой спиной объектив. И ты не можешь скандалить, не можешь ничего требовать: приходится мириться и как-то выкручиваться. Порой снимать бывает и опасно. Я не говорю, что испытываю агрессию со стороны героев и их окружения, но нарваться можно: аудитория сложная, свои законы. Очень силен фактор непредсказуемости: герой может не прийти на съемку, или запить, или заболеть, или погибнуть, или попасть в рабочий центр, переехать в другой регион в качестве раба.

galperin_streetalphabet_10

Наши герои — люди недослушанные, стеклянные люди. Они одновременно и находятся среди нас, и в то же время их как будто нет. На них смотрят, но не видят: взгляд проникает сквозь и уходит куда-то вдаль. В Интернете есть документальный фильм, посвященный рабству в Дагестане и Чечне. В нем рассказывается о том, как ребят из Москвы и других городов вербуют и отправляют работать на кирпичные заводы Махачкалы, Каспийска и ближайших сел. Жуткая реальность. Но при этом никто не говорит о том, что такое же рабство процветает и здесь, в Ленобласти, и люди живут и работают на износ в тяжелых условиях. Многие наверняка замечали визитки на водосточных трубах: «У вас проблемы — поможем», «С вами беда — приходи к нам». Это реклама рабочих и реабилитационных центров, 90% из которых — не что иное, как бизнес, использующий рабский труд под вывеской помощи и реабилитации. Люди вынуждены вкалывать по 15 часов в день на тяжелых работах (погрузка-разгрузка, демонтаж и т.п.) без выходных, за тарелку доширака и пачку сигарет. Но никто не хочет этого замечать, проблемы «стеклянных» людей никого не интересуют. Меж тем в этом мире крутятся огромные деньги, связанные с контрафактным алкоголем. В городе полно нелегальных точек, где можно купить пол-литра спирта за 60 р. Это деньги, которые выжимают из бесправных людей и «крышуются» сверху донизу криминалом. Без силовиков тоже не обходится. Куда идут эти деньги, где гарантия, что часть их не поступает, в том числе, на подготовку террористических актов?

Некоторые буквы

galperin_streetalphabet_01

«А — алкоголь». Многие считают, что бездомность — результат пьянства. Конечно, среди бездомных есть алкоголики с многолетним стажем, которые пили еще в «домашней» жизни, но их не очень много. А много тех, кто запил уже после попадания на улицу. Во-первых, потому что жизнь настолько тяжела, что им приходится постоянно подстегиваться алкоголем, во-вторых, алкоголь, который им доступен, очень низкого качества и вызывает быстрое и сильное привыкание, а в-третьих, порой не остается альтернативы: нет бутылки — нет ночевки. Фотографируя героиню, я долго думал, нужно ли показывать ее лицо, а потом решил, что портрет человека-бутылки будет гораздо символичнее, ведь алкоголь является образом жизни.

galperin_streetalphabet_02

«Б — бедность». Фотография снята еще в пору работы в «Невском времени» в больнице на Моховой, в отделении сестринского ухода, куда отправляют умирать бедных больных стариков. Это самая вопиющая картина нищеты, беспросветное ощущение бедности. В статье мы рассказываем о доходах бездомных. Большинство зарабатывают 250-300 рублей в день и живут на 10 тысяч в месяц в лучшем случае. И когда мы говорим: почему эти люди плохо пахнут, почему они грязные и неприятные, — нужно задаться другим вопросом: а где им помыться? В баню их не пустят: кому нужен плохо пахнущий человек без денег? Созданы ли хоть какие-нибудь условия, чтобы они выглядели лучше? Нет.

galperin_streetalphabet_03

«В — выселение». История о том, как люди оказываются на улице. По статистике, выселение за нарушение договора социального найма является одной из главных причиной скатывания в бездомность. Женщину — героиню фотографии — выселяли за то, что она накопила долг 250 тысяч и жила в квартире с кошками. Приехали службы и выселили ее в отдельную комнату. Она плохо видела, плохо слышала, с трудом ходила, и даже полицейские боялись смотреть ей в глаза. Я пытался узнать о ее дальнейшей судьбе, но следы теряются. Речь здесь не о том, хороша она или плоха, а о том, что выселение провоцирует бездомность.

galperin_streetalphabet_07

«Г — Город». О том, что такое город для него, рассказывает Вячеслав Раснер — известный бывший бездомный, ставший экскурсоводом. Для нас город — это Зимний дворец, Летний сад, это наш дом, кафе, где мы встречаемся с нашими любимыми — красивые и приятные вещи. Что такое город для бездомного? Это соседство контрастных вещей: стройка, где он жил, собаки, которые его грели, и негодяи, которые убили этих собак. Жизнь бездомного — непрекращающийся театр контрастов.

galperin_streetalphabet_12

«Ж — Животные». Очень часто с бездомными живут кошки, собаки — такие же никому не нужные, с неудавшимися судьбами. Среди бездомных они находят хозяев, тепло и заботу и становятся им друзьями. Фотография имеет трагический финал. Алексей — хозяин паса Шашлыка — абсолютно открытый и не агрессивный человек, жил в вагончиках, кормил собаку, ухаживал за ней. Зимой его забили, и, может быть, это его предсмертная карточка. Вот такая вот жизнь, вот так она и закончилась.

galperin_streetalphabet_05

«Н — Ночной автобус». «Ночной автобус» — очень важная часть жизни бездомных, они ждут его, ходят к нему. На фотографии жанровая картинка: наш мир и их мир — как они вглядываются друг в друга.

galperin_streetalphabet_09

«Х — Холод». Как бездомные переживают зиму, точнее — как выживают.

 galperin_streetalphabet_11

«Я — бездомный». Игорь Королев читал мне стихи во время нашего разговора, а когда я попросил его сказать что-нибудь людям, пожелал: «Добра вам, здоровья и жизни длинной». Год назад Игоря хватил жесточайший инсульт. Такой вот финал бездомной жизни.

Полную версию «Азбуки улиц» можно посмотреть, перейдя по ссылке.

Платформа «Тильда», на которой сейчас крутится наш проект, позволяет условно бесплатно создавать лонгриды. Здесь множество шаблонов для публикаций разного типа, но нет страниц второго уровня, и это осложняет способ подачи нашего материала, ведь в нашей «Азбуке» на каждую букву бывает по несколько слов. С хостингом нам помогла возродившаяся газета «Вечерний Санкт-Петербург», а их веб-дизайнер Павел Киселев помогает нам загружать контент. Главный редактор «Вечерки», Костя Миков, любезно согласился вычитывать тексты: убирать нелепости и вносить стилистические правки. Планируем еще подключать видео и сделать английскую версию сайта для зарубежной аудитории. «Азбука» живет, и мы надеемся, что все будет хорошо.

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Google Plus